Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: проза, фэнтези (список заголовков)
21:35 

Лапландские ведьмы. Часть IV

Пропаганда - не наш уровень
***
Едва над лапландскими лесами и мерзлой землей забрезжил тусклый рассвет, Иезекииль Макаддамс проснулся.
Ему снилась дочь. Прекрасная светловолосая дева – вся в свою скандинавскую мать. Во сне рыцаря она была уже совсем взрослой, вовсе не той беззаботной девчушкой, которой он ее запомнил. Которой он ее видел в последний раз, перед тем как пришла…Аннис и сожрала последнее, ради чего стоит жить.
А еще Иезекиилю снились его воины. Поначалу они были живые, стройные и статные, готовые к битве. Затем их тела, как цунами, накрыл поток густой крови…Ну, а когда он схлынул, рыцарь увидел лишь истерзанные, обглоданные останки....
Но проснулся Иезекииль не от этого. Кошмары преследовали его много лет, и он научился не обращать на них внимания. Рыцарь проснулся от женского крика. Вернее визга, пропитанного невероятным, диким и первородным ужасом.
Иезекииль знал, что так кричат лишь два раза в жизни: когда рождаются и видят этот неприглядный и несовершенный мир; и когда умирают противоестественной и насильственной смертью.
Иезекииль вскочил с попоны, срубил мечом веревку, которой была привязана Валькирия к старой ели, запрыгнул ей на спину и помчался сквозь ветви и иголки, перескакивая через валежник, в одной исподней одежде, помчался туда, где нужна была его помощь!
Ибо пусть рыцарем двигала одна лишь месть и желание размозжить Черной Аннис голову, он никогда не оставался в стороне. Спасал, если мог спасти. Убивал, если кто-то этого заслуживал. Сражался с разбойничьими шайками и стаями свирепых волков, сберегая чью-то жизнь.
Изекекииль платил по счетам.
Он мчался, его лошадь скакала галопом и не останавливалась до тех пор, пока не достигла цели.
Пока рыцарь не увидел ЕЕ.
Там, на старой, усыпанной смертью поляне стояла Аннис, точно вросшая в землю. Ее костлявые лапы, похожие на ветви мифического Древа Зла, тянулись к гладкой коже его, Иезекииля, дочери. Великанше не терпелось насытиться свежей, девственной плотью, так не терпелось, что клыки-иглы впивались в собственные губы, выпуская наружу черную кровь…
- Кристин…- прошептал рыцарь, сглатывая слюну.
Валькирия встала на дыбы и, мгновенно, Иезекииль очутился на холодной земле, распластавшись по ней, как дохлая рыбина. Лошадь отчаянно ржала и металась из стороны в сторону, точно обезумевшая.
Рыцарь, пусть его кости и хрустели от падения, вскочил на ноги и сжал покрепче меч.
Черная Аннис уже заметила его, она оставила свою добычу дрожать и плакать. Но людоедша не нападала, она лишь пристально смотрела Иезекиилю прямо в глаза.
А рыцарь застыл на месте, он был не в силах пошевелиться до тех пор, пока его глаза не приметили еще один элемент, помимо ведьмы и собственной дочери.
Мужчина. Скорее располневший старик с лоснящейся кожей и лысой макушкой. Он стоял позади девушки, дрожал еще сильнее, чем она и приговаривал:
- Можешь взять ее, но меня не трогай! Бери ее, но меня не трогай! Меня…не трогай…
В несколько шагов рыцарь мог, по-настоящему мог, достигнуть своей семифутовой противницы, вступить с ней в долгожданную схватку…Но вместо этого он метнулся к мужчине с одним лишь желанием – разбить ему морду.
-Ублюдок! Трус! Безумец! – выпалил Иезекииль несколько раз, после каждого удара, разбивающего губы и ломающего нос.
Аннис рассмеялась. Ее смех раскатами грома распространился по лесу. Ее огромные, непропорциональные ноги перешли на бег. Великанша скрылась в чащобе, и лишь звук падающих деревьев служил напоминанием о ней…
- Отец, нет! – закричала девушка.
- Я здесь, я здесь, милая! – говорил Иезекииль, не останавливая свои кулаки. – Ублюдок, он хотел принести тебя в жертву!
Девушка схватила рыцаря за локоть и потянула назад.
- Перестаньте, перестаньте! Вы убьете его! Слышите, убьете!
Иезекииль обернулся. Она стояла перед ним, рыдала и умоляла остановиться.
И это была не Кристин. Она умерла…Погибла, перевариваясь в утробе Черной Аннис.
Перед рыцарем стояла совершенно другая девушка. Такая же светловолосая и голубоглазая, такая, какой могла бы быть Кристин в свои шестнадцать лет. Но, увы, о горе, не она!
Рыцарь посмотрел перед собой. Мужчина лежал на поляне, закрывая ладонями разбитое лицо. Он тяжело дышал и всхлипывал.
Девушка присела рядом с ним и положила его голову к себе на колени.
- Я думал…Я думал, что ты Кристин…
Девушка покачала головой.
Иезекииль упал на колени. Он заплакал. Впервые с тех пор как погибла семья он заплакал.

@музыка: Summoning

@настроение: в порядке

@темы: проза, фэнтези

20:05 

Лапландские ведьмы. Часть III.

Пропаганда - не наш уровень
***
…Я миновал тундру около полуночи. Во время пути я молился о том, чтобы небесам не захотелось изрыгнуть из себя снег и лед на наши с Валькирией головы. Передо мной сплошной, освещенной лунным сиянием, стеной возвышался хвойный лес, тянувшийся на много-много миль вперед и в стороны. И хотя я отчетливо слышал волчий вой, крик совы и филина, далекие вопли ужаса и безумия, мой путь лежал через него. А я знал, что этот путь единственный. Черная Аннис боялась солнечного света, он ее колол и жег. Пока не пришла смертоносная полярная ночь, она будет скрываться в пещерах, катакомбах, под землей и в непролазных лесных чащобах…
Вечнозеленые лапландские леса были отличным укрытием для такой твари как она. Крона елей и сосен никогда не увядала, деревья всегда росли сплошняком, и добыча при попытке побега оказывалась в непроходимом лабиринте.
Прежде чем въезжать на лесную тропу, я чиркнул огнивом и зажег предпоследний оставшийся у меня факел. Мои запасы провизии подходили к концу. Скоро не останется ни питьевой воды, ни снеди…И получится, что я погибну не в бою с ведьмой-людоедшей, а от голода, словно какой-то нищий бродяга!
Такой участи нельзя было допустить. Я не имел на нее права. Призраки близких парили вокруг меня, и их плачущие лица напоминали о долге. Я пришпорил кобылу и она, фыркнув, ускорила шаг, перешла на рысь.
- Нам не отдыха, Валькирия, прости, – произнес я. Я планировал миновать лес хотя бы к полудню.
Вокруг меня, среди еловых ветвей, то зажигались, то затухали красные и желтые огни. Я слышал рык и завывание. Я знал, что зверье наблюдает за нами.
- Прочь! – воскликнул я и поднял факел высоко над головой. – Мы друг другу не враги!
Ни волки, ни медведи, ни дикие собаки загрызли моих родных. Нет, это сделала Аннис. Ни стервятники пожрали их трупы. Нет. Это сделала Аннис!
Валькирия заржала и поднялась на дыбы. Сумки и мешки попадали на холодную землю, а я едва удержался в седле.
Моя кобыла была не робкого десятка, дикие звери и чужие люди не пугали ее так, как пугают других лошадей. Она всегда сражалась наравне со всадником, раскраивая копытами черепа его противников!
Я назвал ее Валькирией, когда услышал легенду о бесстрашной деве, которая, притворившись молоденькой девушкой, проникла в логово насильников и убийц, чтобы перебить их всех до одного.
Валькирия никогда ничего не боялась. Но сейчас…
Сейчас со всех сторон, все ближе к нам двигались черные волки. Целый десяток. Целая стая северных зверей. Их глаза и зубы блестели в темноте. Волки рычали, пускали слюну. Я слышал, как урчит их голодная утроба.
- Я сказал прочь! – выкрикнул я и выхватил меч. – Пошли прочь!
Но волки двигались на нас, сжимая в кольцо. Еще секунда и они набросятся. Быть может броня и спасет меня от клыков, а меч зарубит каждого волка, Валькирия не переживет этот бой, а без лошади я никогда не достигну своей цели!
Оставалось только одно. Прорываться. Пока еще есть смутная возможность это сделать.
Я приготовился пришпорить кобылу и перейти на галоп, но внезапно, вся стая двинулась обратно в лес. Одновременно, словно по чей-то воле…
- Я знаю, зачем ты здесь… - послышался тихий, но властный голос.
В свет факела вышел седовласый саам, весь в шкурах и дубленой коже…Он опирался на рогатину, глаза скрывались в тени глазниц, а кожа была обветренной и сморщенной, точно высохшее яблоко.
- Ты ищешь смерти, рыцарь, – сказал он затем.
Старик говорил на финском, который я понимал исключительно на слух.
- Ты прав, отец. Я ищу смерти. Но перед этим я найду месть, – ответил я на шведском, надеясь, что саам поймет мою речь.
Он усмехнулся.
- Значит, ты знаешь на что идешь.
Я кивнул. О да, я знал на, что иду. Знал об этом лучше всех земных и небесных сил.
- Где мне найти ее?
Старец приблизился на шаг.
- Иди туда, где целомудрие делит ложе с похотью.
Наверное, безумный саам решил подшутить надо мной! Целомудрие не делит ни с кем ложе, ни похотью, ни с любовью, ни со страстью. Оно всегда одиноко – потому и чисто.
- У вас, саамов, странные воззрения. Вам, язычникам, не понять, что такое целомудрие!
Старец захохотал и ели задрожали, сбрасывая иглы.
- Чему ты смеешься, старик? Скажи мне, правду! Где найти Аннис?
Я перешел на крик, и как только это сучилось, факел погас. А когда я зажег еще один, последний – саама уже не было. То ли он ушел вслед за волками, то ли исчез словно призрак.
Я вскричал от боли и отчаяния.
Я почувствовал, как Аннис постепенно отдаляется от меня… Избегая моей мести.

@музыка: King`s Bounty OST

@настроение: все сложно

@темы: проза, фэнтези

Каморка писателя

главная