St.Sebastian
Пропаганда - не наш уровень
***
Едва над лапландскими лесами и мерзлой землей забрезжил тусклый рассвет, Иезекииль Макаддамс проснулся.
Ему снилась дочь. Прекрасная светловолосая дева – вся в свою скандинавскую мать. Во сне рыцаря она была уже совсем взрослой, вовсе не той беззаботной девчушкой, которой он ее запомнил. Которой он ее видел в последний раз, перед тем как пришла…Аннис и сожрала последнее, ради чего стоит жить.
А еще Иезекиилю снились его воины. Поначалу они были живые, стройные и статные, готовые к битве. Затем их тела, как цунами, накрыл поток густой крови…Ну, а когда он схлынул, рыцарь увидел лишь истерзанные, обглоданные останки....
Но проснулся Иезекииль не от этого. Кошмары преследовали его много лет, и он научился не обращать на них внимания. Рыцарь проснулся от женского крика. Вернее визга, пропитанного невероятным, диким и первородным ужасом.
Иезекииль знал, что так кричат лишь два раза в жизни: когда рождаются и видят этот неприглядный и несовершенный мир; и когда умирают противоестественной и насильственной смертью.
Иезекииль вскочил с попоны, срубил мечом веревку, которой была привязана Валькирия к старой ели, запрыгнул ей на спину и помчался сквозь ветви и иголки, перескакивая через валежник, в одной исподней одежде, помчался туда, где нужна была его помощь!
Ибо пусть рыцарем двигала одна лишь месть и желание размозжить Черной Аннис голову, он никогда не оставался в стороне. Спасал, если мог спасти. Убивал, если кто-то этого заслуживал. Сражался с разбойничьими шайками и стаями свирепых волков, сберегая чью-то жизнь.
Изекекииль платил по счетам.
Он мчался, его лошадь скакала галопом и не останавливалась до тех пор, пока не достигла цели.
Пока рыцарь не увидел ЕЕ.
Там, на старой, усыпанной смертью поляне стояла Аннис, точно вросшая в землю. Ее костлявые лапы, похожие на ветви мифического Древа Зла, тянулись к гладкой коже его, Иезекииля, дочери. Великанше не терпелось насытиться свежей, девственной плотью, так не терпелось, что клыки-иглы впивались в собственные губы, выпуская наружу черную кровь…
- Кристин…- прошептал рыцарь, сглатывая слюну.
Валькирия встала на дыбы и, мгновенно, Иезекииль очутился на холодной земле, распластавшись по ней, как дохлая рыбина. Лошадь отчаянно ржала и металась из стороны в сторону, точно обезумевшая.
Рыцарь, пусть его кости и хрустели от падения, вскочил на ноги и сжал покрепче меч.
Черная Аннис уже заметила его, она оставила свою добычу дрожать и плакать. Но людоедша не нападала, она лишь пристально смотрела Иезекиилю прямо в глаза.
А рыцарь застыл на месте, он был не в силах пошевелиться до тех пор, пока его глаза не приметили еще один элемент, помимо ведьмы и собственной дочери.
Мужчина. Скорее располневший старик с лоснящейся кожей и лысой макушкой. Он стоял позади девушки, дрожал еще сильнее, чем она и приговаривал:
- Можешь взять ее, но меня не трогай! Бери ее, но меня не трогай! Меня…не трогай…
В несколько шагов рыцарь мог, по-настоящему мог, достигнуть своей семифутовой противницы, вступить с ней в долгожданную схватку…Но вместо этого он метнулся к мужчине с одним лишь желанием – разбить ему морду.
-Ублюдок! Трус! Безумец! – выпалил Иезекииль несколько раз, после каждого удара, разбивающего губы и ломающего нос.
Аннис рассмеялась. Ее смех раскатами грома распространился по лесу. Ее огромные, непропорциональные ноги перешли на бег. Великанша скрылась в чащобе, и лишь звук падающих деревьев служил напоминанием о ней…
- Отец, нет! – закричала девушка.
- Я здесь, я здесь, милая! – говорил Иезекииль, не останавливая свои кулаки. – Ублюдок, он хотел принести тебя в жертву!
Девушка схватила рыцаря за локоть и потянула назад.
- Перестаньте, перестаньте! Вы убьете его! Слышите, убьете!
Иезекииль обернулся. Она стояла перед ним, рыдала и умоляла остановиться.
И это была не Кристин. Она умерла…Погибла, перевариваясь в утробе Черной Аннис.
Перед рыцарем стояла совершенно другая девушка. Такая же светловолосая и голубоглазая, такая, какой могла бы быть Кристин в свои шестнадцать лет. Но, увы, о горе, не она!
Рыцарь посмотрел перед собой. Мужчина лежал на поляне, закрывая ладонями разбитое лицо. Он тяжело дышал и всхлипывал.
Девушка присела рядом с ним и положила его голову к себе на колени.
- Я думал…Я думал, что ты Кристин…
Девушка покачала головой.
Иезекииль упал на колени. Он заплакал. Впервые с тех пор как погибла семья он заплакал.

@музыка: Summoning

@настроение: в порядке

@темы: проза, фэнтези